Тренер начинает подготовку к чемпионату

Интервью газете «Имя», №93 от 28.03.1997

Во время съезда Объединенной гражданской партии предпочитающий держаться в тени политолог Владимир Мацкевич предложил свою кандидатуру в лидеры партии в качестве альтернативы Станиславу Богданкевичу. И набрал десять процентов голосов.

Только потом он признался, что это был просто талантливый спектакль.

— Вы всерьез предполагали сменить Богданкевича на посту лидера ОГП?

— Я очень не люблю, когда меня не слышат. А в Беларуси меня никто не слушал, особенно на уровне лидеров. Когда в декабре я подал записку Богданкевичу и еще нескольким руководителям по поводу того, что ждет оппозицию к весне, никто не обратил на это внимания. Потому я принес на съезд все свои статьи и раздал их участникам. Они спрятали их в портфели и уткнулись в совершенно пустые резолюции. Но после того, как был разыгран мой дивертисмент, все достали эти копии статей и начали читать. Это и было моей главной задачей — добиться того, чтобы люди воспринимали всерьез то, что я им говорю. Кроме того, после этого я уже с подготовленной аудиторией смогу заниматься тренерской работой.

— Кого и для чего вы собираетесь тренировать?

— Я предложил себя в тренеры команды лидеров. Точнее, в играющие тренеры.

— Вы считаете, что в оппозиции столько людей, могущих претендовать на звание лидера, что они могут составить целую команду?

— Нет, конечно. Но есть качества, по которым можно делать заключение о возможностях человека. На самом деле свита играет короля, лидера играет команда или партия. Например, возьмем неделю ноября. Нужно было потратить год на подготовку к этой неделе. А этого не было.

— В ноябре Лукашенко играл ва-банк. В случае проигрыша его ждали бы тюрьма и бесчестье. А оппозиция все время делала какие-то совсем небольшие — неопасные — ставки.

— Для победы есть две главные причины. Если человека загоняют в угол, он сражается до конца. Или же человек настолько заинтересован в победе, что вне победы себя уже не мыслит. Во время президентской кампании Лукашенко не грозила никакая тюрьма. У него было фантастическое, маниакальное стремление к победе. А в ноябре — такое же колоссальное стремление избежать поражения. У оппозиции этого не было. Это недостаток ума. Шарецкий, который сдуру объявил на всю страну: «Фашизм!» — при этом надеялся, что при фашизме его сохранят в качестве спикера. То есть он сам не понимал, что говорит.

— Значит, шансов на победу у оппозиции пока нет?

— Сейчас нет. К осени можно подготовиться с тем, чтобы появились хоть какие-то шансы. А при успешной осенней ситуации в следующем году победа станет еще более реальной. Но я боюсь, что если сейчас не сделать целого ряда шагов, то осенняя ситуация будет проиграна точно так же, как все предыдущие.

— Какие именно шаги необходимо предпринять?

— Режим держится на энтузиазме масс. На том, что каждый человек на своем рабочем месте делает больше, чем должен делать. Значит, режим может быть уничтожен пассивным сопротивлением — вроде итальянской забастовки госаппарата. Или просто невыполнением идеологических требований.

— С кем имеет смысл работать «играющему тренеру»?

— Карпенко, Гончар, Богданкевич, Лебедько, Шлындиков, Добровольский — не универсальные люди, но с широкими возможностями. С каждым из них можно работать.

— Но Лукашенко — классический образец того, что новый лидер должен выскочить неожиданно, как чертик из табакерки. Его имя не успело навязнуть в зубах.

— Новый лидер должен быть в чем-то очень похож на Лукашенко, а в чем-то — быть его полной противоположностью. Я думаю, что следующий лидер появится так же неожиданно, но он должен быть подготовлен к тому, чтобы выскочить из табакерки. Он будет не простонародным демагогом, а рафинированным интеллигентом. Общей у них должна быть воля к власти.

— Судьба Шушкевича — наиболее убедительный пример того, что рафинированных интеллигентов у нас не любят.

— Новый лидер не появится на волне народной любви. Демократических способов взятия власти на сегодняшний день нет. Поэтому заручаться народной любовью вовсе не нужно. Ситуация решится только Минском.

— Лидер, похожий на Лукашенко и одновременно полная противоположность — получается Позняк.

— Помните Короля из «Маленького принца»? Он на своей планете все время отдавал только те приказы, которые можно было выполнить. А все приказы Позняка невозможно выполнить при его жизни. Поэтому он органически не способен на успешные действия. Его харизма — харизма страдальца, а не победителя.

Ирина ХАЛИП, `Имя`

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.